– Не пойму никак, с чего это тебе захотелось уйти в отшельники, сынок? Джейк усмехнулся.

– Разве я похож на отшельника, Мел? В горах я не чувствую себя одиноким. Я всегда предпочитал жизнь на природе человеческому обществу. По крайней мере хищников легче распознать, чем двуногих врагов.

– А не скучаешь по своей работе? Джейк нахмурился.

– Иногда.

– Что-то не припомню, что вы делали на вашем заводе.

– Мы производили различные детали, используемые при строительстве самолетов и вертолетов.

– А может, тот парень хотел предложить тебе работу?

– Мне все равно.

Некоторое время оба молчали. Игра закончилась, и они начали новую, не проронив ни слова. Время от времени к ним подходила Бетти и подливала кофе.

– Проголодались, мальчики? – спросила она наконец.

Мел только фыркнул в ответ. Джейк взглянул на нее с легкой улыбкой:

– Я бы съел бутербродик.

Шелест покрышек по щебеночной дороге у дома объявил, что у владельцев крошечного ресторана скоро прибавится работы. Джейк откинулся на спинку стула, разглядывая супружескую пару и двоих детей, вылезающих из фургончика.

– Похоже, начинается час пик, – заявил он, усмехнувшись.

Мел опрометью кинулся в кухню, а Бетти протянула посетителям меню, приветливо улыбаясь малышам.

Ребекка-Адаме вот уже целую вечность ехала по прямому, как стрела, шоссе на восток от Эль-Пасо, разыскивая кафе «Глубокое ущелье». Безлюдная равнина Западного Техаса настолько загипнотизировала ее своим однообразием, что Ребекка чуть было не проехала мимо крохотного поселка. Она почти его миновала, когда вдруг на глаза попалась долгожданная вывеска.

Ребекка уже поравнялась с группой неприметных серых зданий, и тут ей пришлось резко затормозить для поворота. Она успела заметить, что на покрытой гравием автостоянке было всего две машины: фургончик и пикап.

Ребекка посмотрела в зеркало заднего вида взятой напрокат машины, радуясь, что в этой безлюдной местности никто не мог видеть, как она нарушила правила. Потом припарковалась возле пикапа и заглушила двигатель.